выработал некоторые положения для предупреждения в будущем резко враждебных выступлений сторонников различных систем.
Берлинский конвент примечателен не только содержанием работ, но своим личным составом: было созвано двадцать семь Великих Каменщиков обоих главных направлений масонства (то есть Слабого и Строгого наблюдения) — «мужи» высокого положения в области государственной, общественной деятельности и в науке. Председателем съезда был избран принц Брауншвейгский Фридрих-Август, которому активно помогал известный мистик Иоганн-Христофор фон Вельнер. В орденских делах председатель нередко назывался Equs a leone aureo, а секратарь — Equs a cubo. Представителем системы Observantia Stricta был принц Гессен-Дармштадтский, Людовик-Георг Карл, а системы Observantia lata — герцог Мекленбургский, Георг-Август.
Через девять лет проходил Вильгельмсбадский съезд, чрезвычайно важный в истории системы Строгого наблюдения и в истории масонства России.
Была циркулярно разослана обширная программа работ предстоявшего съезда, так как решению подлежало много вопросов, важнейшими из которых были: выяснение истинного происхождения системы Строгого наблюдения; отношение вольного масонства, как самостоятельной, обособленной, замкнутой организации, к правительствам разных государств; установление обрядов и обычаев, поднятие значения Ордена выбором соответствующей деятельности.
Съездом было постановлено, что Вольные Каменщики несравненно древнее храмовничества, которое лишь временно хранило в своем Ордене учение великой мудрости, дошедшее до него из тьмы веков. Но Орден Храмовников был одним из звеньев не разрывавшейся никогда цепи великого знания, орден сохранил и передал тайные знания потомству, в чем и заключается его значение. Эту-то связь древнего масонства с храмовничеством должна была представлять степень «Благотворительных Рыцарей», которой поручалось управление тремя иоанновскими степенями. Степени символического масонства и степень Шотландского мастера были утверждены съездом, требники просмотрены и частично исправлены. Из провинций, на которые первоначально была разделена Европа, руководителями системы Строгого послушания были ликвидированы три за бездействие: Арагония, Бретань и Лион, утверждены две новые и одна оставлена свободной. Новый список был таков: 1) Нижняя Германия, Пруссия и Польша; 2) Оверн; 3) Аквитания; 4) Италия и Греция, 5) Бургундия и Швейцария; 6) Верхняя Германия; 7) Австрия и Ломбардия; 8) Россия и 9) свободная для Швеции.
Не все ложи, принимавшие участие в съезде, признали его постановления. В числе недовольных, главным образом, оказалась Швеция, в которой господствовала так называемая шведская система, организованная по системе Строгого послушания и отождествлявшая себя с храмовым рыцарством. Когда конвентом было отвергнуто тождество масонства с храмовничеством и работы по шведской системе были запрещены на трехлетний срок, приговору съезда Швеция не подчинилась; вскоре отказались повиноваться решению конвента и многие другие ложи, непоколебимо стоявшие за храмовое рыцарство. Хотя система Строгого послушания и разбилась, но осколки ее остались, и эти-то осколки глубоко вонзились в другие системы. Мы встречаем Строгое послушание в двух системах, игравших выдающуюся роль в России на протяжении нескольких десятилетий; я имею в виду розенкрейцерство и шведскую систему. Обе эти системы проникли в Россию к началу 80-х гг. XVIII в., приобрели огромный круг последователей и не прекратили своего существования после запрещения масонских собраний в 1822 г.
VI
Очерк деятельности московских розенкрейцеров выделен в особую статью, — биографии выдающихся розенкрейцеров, или мартинистов, как их именовали в России, уделено также значительное место, а потому я не буду в подробностях касаться истории системы Златорозового креста, но более подробно остановлюсь на шведской системе.
Решением Вильгельмсбадского конвента Россия была признана самостоятельной провинцией Ордена, восьмой по счету, зависимость ее от Швеции, столь неугодная правительству императрицы Екатерины II и столь тягостная для большинства русских масонов, была уничтожена. Но с уничтожением подчиненности высшему шведскому правлению из русского обихода не исчезла шведская система, и увлечение ее учением спорило с увлечением розенкрейцерством.
Медали в память основания ложи «Св. Александра Шотландского»
При посредничестве известного своей выдающейся педагогической деятельностью профессора Ивана Григорьевича Шварца в Москве был учрежден Орден Златорозового креста. В 1782 г., согласно постановлениям Вильгельмсбадского конвента, организация системы была такова: первые три иоанновские степени — ученик, товарищ и мастер, одна высшая шотландская степень мастера и обособленно стоявшая в тайне от остальных Каменщиков, занимавшаяся многими работами Теоретическая степень Соломоновых наук. Именно из этой таинственной степени набирались члены розенкрейцерских лож.
Любопытен неоцененный еще исследователями факт существования лож Теоретической степени в России не только в XVIII в. при небывалом расцвете розенкрейцерства в Западной Европе и, в частности, в новиковском кругу в Москве, но и в царствование императора Александра I. Эти ложи работали втайне на протяжении тридцати лет и не примкнули к союзам, разрешенным правительством. На них я остановлюсь подробнее.
По толкованию франкмасонов, Теоретическая степень Соломоновых наук есть связующее звено между масонством и высшим братством избранных просветленных, то есть «внутренним орденом». В системах с высокими степенями такой внутренний орден существовал под различными названиями: в шведской системе он назывался капитулом просветленных, иногда Невидимым капитулом, из которого выделялся орденский совет, то есть правление ордена, его верховное судилище и т. п. В системе «старого принятого шотландского обряда» он подразумевал три последние степени, включавшие администрацию ордена. Наконец, главным образом, под внутренним орденом разумелось Братство Златорозового креста, и Теоретическая степень была его преддверием. В ней занимались теорией алхимии, она же служила для переоценки всех масонских достоинств братьев. Являясь для братьев пробным камнем, она решала их дальнейшую судьбу: достойным открывались врата во внутреннее святилище премудрости, недостойных же предлагалось «на сей степени оставить и их свободно и беспрепятственно дальнейшей их судьбе предать». Прием, посвящение в эту важную степень предрешался без ведома намеченного к принятию брата: «Сего ради, — указано в орденских уставах, — долженствуют теоретические братья сколь возможно дружелюбнее обходиться с масонами нижних степеней, и когда ложи в том месте находятся, яко братья-посетители в их собрания ходить, дабы они узнали, как воспитательное училище к общему благу работает, и дабы из среды их могли они извлекать лучших членов».
Знак ложи «Латона» XVIII в. в Москве (собр. гр. И.И. Толстого, СПб.). T.C.
Итак, к принятию в теоретические философы избирались достойнейшие питомцы масонского подготовительного училища, иоанновские мастера; однако им предоставлялось время пройти одну или две (смотря по системе) степени шотландского масонства, «дабы к философским работам способными сделать». В параграфе о принятии теоретических братьев постановлено, чтобы к приему не допускался никто, «кроме экосских старых мастеров, оказавших довольные опыты страха Божия, честности, человеколюбия и прилепления у премудрости». Без ведома намеченного экосского мастера происходила закрытая баллотировка в общем собрании теоретических философов, и избранному большинством голосов «с надлежащей осторожностью делалось предложение вступить в эту степень».
Знак
